Закладки
+
Оглавление

78. Аще ли же кто безобразит о деве своей непщует, аще есть превозрастна и тако должна есть быти: еже хощет да творит: не согрешает, аще посягнет, говорит (апостол) (1 Кор. 7, 36). Что говоришь ты: еже хощет, да творит? Как ты не исправляешь извращеннаго понятия, но дозволяешь вступать в брак? Почему ты не сказал: кто находит непристойным для своей девицы (оставаться так), тот жалок и несчастен, считая укоризнами столь дивное дело? Почему ты, оставив это предложение, не посоветовал ему удерживать свою дочь от брака? Потому что, говорит он, эти души были слишком слабы и привязаны к земле; а при таком настроении их нельзя было вдруг внушать им учение о девстве. Кто до такой степени привязан к мирским делам и восхищается настоящей жизнью, что даже после такого увещания считает постыдным то, что достойно небес и уподобляется ангельской жизни, тот как бы мог принять совет, привлекающий его к этому? И удивительно ли, что Павел так поступил касательно дела позволеннаго, когда он делает тоже самое касательно запрещеннаго и противозаконнаго? Укажу на пример. Иметь осторожность в пище, принимать одну и отвергать другую, было свойственно слабости иудеев; однако и между римлянами были подверженные этой слабости; он же не только обвиняет их со строгостью, но делает еще нечто, более того; оставив согрешавших, он укоряет тех, которые хотели препятствовать им: ты же почто осуждаеши брата твоего (Рим. 14,10)? Между тем он не сделал того же, когда писал колоссянам, но с великою властью обращается к ним и любомудрствует так: да никто убо вас осуждает о ядении, или питии, и еще: аще умросте со Христом от стихий мира, почто аки живуще в мире стязаетеся; не коснися, ниже вкуси, ниже осяжи; яже суть вся во истление употреблением (Кол. 3, 16,20-22). Почему же он так поступает? Потому что они были сильны, а римляне еще нуждались в большой снисходительности, и он ожидал, пока вера окрепнет в их душах, опасаясь, чтобы с преждевременным истреблением плевел не вырвать с корнями и растений здраваго учения. Поэтому он и не осуждает их прямо, и не оставляет без осуждения, но касается их незаметно и прикровенно, в осуждении других; ибо словами: своему Господеви стоит и падает (Рим. 14,4), он повидимому заграждает уста укоряющему (другого), но на самом деле влияет на душу этого последняго, показывая, что предпочитать то или другое (из пищи) свойственно не твердым и не стоящим непоколебимо, но еще колеблющимся, находящимся в опасности пасть, если не устоят. Таким же образом он поступает и здесь вследствие великой слабости укоряемых. Он не явно нападает (на обличаемаго), но похвалами тому, кто соблюдает свою девицу, наносит ему сильный удар. Что же говорит он? А иже стоит твердо сердцем своим (1 Кор. 7, 37). Это сказано для противопоставление с тем, кто легко и скоро колеблется, не умея ходить твердо и стоять мужественно. Потом заметив, что этого слова достаточно для влияния на душу этого человека, смотри, как он опять прикрывает речь, приводя причину не слишком достойную порицания. Сказав: а иже стоит твердо сердцем своим, он присовокупил: не имый нужды, власть же имать, хотя последовательнее было бы сказать: кто стоит твердо и не находит этого дела непристойным. Так как это было бы слишком разительно, то вместо этого он употребляет другое выражение в его утешение, предоставляя ему луше ссылаться на такую причину. Не так тяжело удерживать кого-нибудь от дела нуждою, как стыдом: первое - касается души слабой и жалкой, а последнее - испорченной и неумеющей правильно судить о качестве дел. Впрочем говорить это еще было не время: даже по настоятельной нужде не следует препятствовать желающей быть девственницей, но должно мужественно стоять против всего, что препятствует этому прекрасному стремлению, как говорит Христос: иже любит отца или матерь паче Мене несть Мене достоин (Матф. 10, 37). Когда мы принимаем что-либо благоугодное Богу, то всякий, препятствующий этому, есть враг и неприятель, кто бы он ни был, отец или мать. Павел же, снисходя к несовершенству слушателей, написал следующее: а иже стоит твердо, не имый нужды, (1 Кор. 7, 37); и не остановился на этом, - хотя не имый нужды, и власть имеяй означают одно и тоже, - но обширной речью и безпрестанным повторением позволений утешает слабый и низменный ум, присоединяя далее и другую причину: иже рассудил еть в сердце своем (1 Кор. 7, 37). Ибо недостаточно быть свободным, чтобы только за это не подлежать ответственности, но когда кто избрал и рассудил, тогда он хорошо поступает. Потом, чтобы ты не заключил из такой великой снисходительности, что нет никакого различия (между тем и другим делом), он опять илагает различие между ними, хотя с осторожностью, излагает в (ясных) словах: темже и вдаяй браку (свою деву) добре творит и не вдаяй, лучше творит (1 Кор. 7, 38). А на сколько лучше, он не объяснил опять по той же причине; если же ты хочешь знать , то послушай Христа, Кторый говорит: ни женятся, ни посягают, но ако ангели Божии на небеси суть (Матф. 22, 30). Видишь ли различие, на какую высоту девство вдруг возносит смертнаго, когда оно есть истинное девство?