В наше время в православных кругах часто выражается озабоченность социальным свидетельством Православия. Между двумя мировыми войнами, а также после второй из них в Греции было удивительное возрождение христианской социальной активности. Она достигла значительных результатов в области евангелизации, но затем подверглась критике - в известной мере справедливой - за свою пиэтистскую ориентацию, вдохновленную протестантством. Тем временем на уровне интеллектуальном Православная Церковь привлекла в свое лоно выдающихся русских политико-экономистов, бывших до того марксистами... Движение их "от марксизма к идеализму" представляет рачительное явление в истории право-равной мысли. Оно и до сих пор привлекает тех, кто включился в возрождение религиозной мысли.
Что заставило этих людей вернуться обратно в Православие? Прежде всего, это эсхатологическое ожидание преображенного мира, его вера в "обожение" как высшее назначение человека, его способность в богослужебной жизни и духовном опыте святых предвосхищать видение второго пришествия. Их привлекла способность Православия сохранять эсхатологию "осуществленную", а не только направленную в будущее, говорить о Царстве Божием не терминами понятий или же практических достижений, но как о реальном видении присутствия Божия...
Заключение
Христианское Предание нельзя рассматривать только с точки зрения его "удач" или "неудач". Как все мы знаем, сам Новый Завет не дает последователям Иисуса обещания земного успеха. Так, действительно, и должно быть, потому что истинная сила Христа будет явлена миру только в последний день, тогда как нынешняя сила Царства вполне открыта только глазам веры.
...Христианское разрешение социальных проблем не может быть ни абсолютным, ни совершенным, пока нет парусии; православный христианин может жить в этом несовершенстве, потому что знает - настанет парусия, но он при этом не может мириться с несовершенством как таковым. Православная Церковь осудила эсхатологию "ухода", которая оправдывает безразличие и бездействие. Но - и это особенно важно для нас в настоящем диалоге - она несомненно никогда не согласится, что Царство Божие, присутствующее в Церкви как Тайна и предвосхищение эсхатологической реальности, зависит от того влияния, которое ее члены могут иметь или не иметь в секулярном обществе. Православие всегда будет утверждать, что отправная точка, источник и критерий разрешения социальных проблем - в непрерывном, таинственном и в определенном смысле трансцендентном общении евхаристического собрания.
В ходе истории православные христиане часто искали замены этому изначальному и основному критерию. Одна из них - Византийская империя, другая - национализм. Но эти исторические духовные ошибки и были в конце концов признаны ошибками. Во всяком случае, они не должны оправдывать подобных подмен в наше время.
Что заставило этих людей вернуться обратно в Православие? Прежде всего, это эсхатологическое ожидание преображенного мира, его вера в "обожение" как высшее назначение человека, его способность в богослужебной жизни и духовном опыте святых предвосхищать видение второго пришествия. Их привлекла способность Православия сохранять эсхатологию "осуществленную", а не только направленную в будущее, говорить о Царстве Божием не терминами понятий или же практических достижений, но как о реальном видении присутствия Божия...
Заключение
Христианское Предание нельзя рассматривать только с точки зрения его "удач" или "неудач". Как все мы знаем, сам Новый Завет не дает последователям Иисуса обещания земного успеха. Так, действительно, и должно быть, потому что истинная сила Христа будет явлена миру только в последний день, тогда как нынешняя сила Царства вполне открыта только глазам веры.
...Христианское разрешение социальных проблем не может быть ни абсолютным, ни совершенным, пока нет парусии; православный христианин может жить в этом несовершенстве, потому что знает - настанет парусия, но он при этом не может мириться с несовершенством как таковым. Православная Церковь осудила эсхатологию "ухода", которая оправдывает безразличие и бездействие. Но - и это особенно важно для нас в настоящем диалоге - она несомненно никогда не согласится, что Царство Божие, присутствующее в Церкви как Тайна и предвосхищение эсхатологической реальности, зависит от того влияния, которое ее члены могут иметь или не иметь в секулярном обществе. Православие всегда будет утверждать, что отправная точка, источник и критерий разрешения социальных проблем - в непрерывном, таинственном и в определенном смысле трансцендентном общении евхаристического собрания.
В ходе истории православные христиане часто искали замены этому изначальному и основному критерию. Одна из них - Византийская империя, другая - национализм. Но эти исторические духовные ошибки и были в конце концов признаны ошибками. Во всяком случае, они не должны оправдывать подобных подмен в наше время.